Саруханян Артур Рафаэлович

Преступления против порядка управления: общая характеристика, вопросы квалификации

12.00.08 - уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Ставрополь - 2002

Работа выполнена на кафедре уголовного права Ставропольского государственного университета

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В 1993 году в России стартовал процесс приведения в соответствие с Конституцией всей правовой систе­мы. Естественным следствием этой работы стало принятие в 1996 году Уголовного кодекса РФ. Однако УК РФ при всей своей новизне еще далек от совершенства, что подтверждают проблемы одного из его институтов, преступлений против порядка управления.

Группа указанных в главе 32 раздела X Особенной части У К РФ пре­ступлений включает в себя некоторые составы, характеризующиеся осо­бой актуальностью и значимостью на сегодняшний день. Среди преступ­лений против порядка управления есть такие, которые представляют опас­ность не только возможностью нарушения отношений в сфере управле­ния, но и угрозой жизни или причинением вреда здоровью, унижением чести и достоинства субъектов управленческой деятельности, а также под­рыва авторитета органов управления и всей власти в целом. Нередко воз­никают вопросы, связанные с теоретической характеристикой данных пре­ступлений. У субъектов правоприменительной деятельности часто возни­кают вопросы при квалификации преступлений, что подтверждает имею­щиеся противоречия и неточности в УК РФ, которые нужно корректиро­вать. Именно этими обстоятельствами обусловлен наш выбор объекта ис­следования.

В разные годы предпринимались попытки решения проблем, так или иначе, связанных с преступлениями против порядка управления. Свиде­тельством неослабевающего интереса к ним могут служить работы М.А Алиевой, М.И. Бажанова, ЛИ. Блиновой, В,Б. Боровикова, В.А. Владими­рова, Н.И. Ветрова, Л.Д. Гаухмана, А.И. Дагите, А.Э. Жалинского, П.В. Замосковцева, В.И. Земцова, В.Ф. Кириченко, А.В. Кладкова, Е.А. Козель-цева, А.В. Лужбина, Ю.И. Ляпунова, С.В. Максимова, М.Е. Матросовой, Г.М. Миньковского, 3. А. Николаевой, Б.И. Пинхасова, Э.Ф. Побегайло, Г.Ф. Поленова, B.C. Постникова, В.П. Ревина, И.В. Старцева, В.В. Сташиса, М.Х. Сулайманова, Е.А. Сухарева, B.C. Ткаченко, Н.И. Трофимова, М.Г. Фетисова, С.С. Яценко и других авторов.

Научные работы названных авторов существенно повлияли на развитие уголовно-правового института преступления против порядка управления. Однако, в связи с изменениями, происходящими в российском обществе во всех его сферах, ряд положений требует дальнейшего теоретического осмысления, что позитивно должно повлиять на развитие научной и пра­вовой баз.

В свете новаций уголовного закона России возникает необходимость рассмотрения преступлений против порядка управления на уровне уго-ловно-правового института. Кроме того, ставя вопрос о том, почему имен­но эти, а не другие объекты уголовно-правовой охраны были закреплены в рамках данного института, особого внимания заслуживает исследова­ние его как системного объекта правовой охраны. Тут же представляют интерес вопросы классификации таких преступлений внутри комплекса (института).

Теоретической разработки требуют также отдельные проблемы квали­фикационной оценки этих преступлений. Ошибка в квалификации приво­дит к искажению действительной картины преступности в Ставропольс­ком крае и России в целом, а, следовательно, негативно влияет на разра­ботку и реализацию профилактических мер государственными, правоох­ранительными органами.

На наш взгляд, встречающиеся следственные и судебные ошибки оп­равдывают необходимость детального рассмотрения современных проблем правоприменительной практики, возникающих при квалификации преступ­лений против порядка управления, и разработки конкретных рекоменда­ций по решению спорных вопросов.

Анализ судебной и следственной практики по делам рассматриваемой категории свидетельствует о затруднениях при применении некоторых ста­тей, входящих в главу 32 УК РФ. В определенной мере они вызваны несо­вершенством закона. Надо заметить, что по некоторым статьям главы 32 УК РФ к уголовной ответственности привлекается лишь около 50 % лиц, совершивших подобные преступления. Проведенное исследование пока­зало, что это связано как с недостатками в деятельности правоохранитель­ных органов, так и с несовершенством уголовно-правовых норм.

Такие обстоятельства указывают на имеющиеся теоретические и прак­тические проблемы уголовной ответственности за эти преступления.

Следует также заметить, что за последние пять лет, с момента вступле­ния в действие Уголовного кодекса РФ, количество зарегистрированных преступлений против порядка управления достигло 476810: в 1997 году зарегистрировано 85706 преступлений, при этом выявлено 43847 лиц, их совершивших; в 1998 году, соответственно, - 92974 и 50546; в 1999 году -99468 и 50866; в 2000 году-96664 и 50528; в 2001 году- 101998 и 55618. Такая статистика свидетельствует о том, что за каждый год работниками правоохранительных структур выявляется лишь около 50 % преступных субъектов по отношению к количеству зарегистрированных преступлений

против порядка управления. Такое положение вызывает у нас крайнюю обеспокоенность.

Статистические данные, полученные в Управлении Судебного Департа­мента при Верховном Суде РФ в Ставропольском крае, позволяют конста­тировать факт достаточно стабильного уровня количества совершаемых в год каждого из преступлений данного вида в этом регионе Российской Фе­дерации.

За период с 1997 по 2001 годы в Ставропольском крае осуждено 2777 человек по статьям 317 - 330 УК РФ.

Эти показатели, конечно же, в полной мере не могут отражать динамиз­ма современной криминогенной ситуации в регионе, поскольку значитель­ное количество виновно совершенных, противоправных, общественно-о­пасных деяний не регистрируется, что являет за собой проблему повы­шенной латентности данных преступлений.

Изложенные соображения и определяют актуальность избранной темы, а также необходимость углубленного изучения поставленных проблем.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного иссле­дования являются общественные отношения, обеспечивающие нормаль­ное функционирование и порядок деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, организаций и учреждений в сфере управления.

Предметом данного исследования являются уголовно-правовые нормы, призванные обеспечить все уровни порядка управления и возникающие в связи с их применением вопросы обеспечения безопасной деятельности личности представителей власти (включая сотрудников правоохранитель­ных органов), порядка обращения предметов управленческой деятельнос­ти, общего содержания управленческой деятельности, реализации уголов­ной ответственности и эффективности наказания за совершение преступ­лений против порядка управления.

Цель и задачи нсследаыння. Целью настоящего диссертационного ис­следования является изучение на современном этапе развития угодовно-пра-вовой науки основных характеристик института преступлений против поряд­ка управления, теоретических и практических проблем уголовной ответствен­ности за преступления, входящие в него, а также спорных вопросов их квали­фикации; выявление тенденций в механизме уголовно-правового воздействия на лиц, совершивших такие преступления; разработка предложений по со­вершенствованию названных статей УК и рекомендаций правоохранитель­ным органам по совершенствования их правоприменительной практики.

Достижение представленной цели предполагалось осуществить через постановку и решение следующих задач:

- рассмотрение комплекса уголовно-правовых, социально-правовых и иных характеристик порядка управления как объекта правовой охраны;

- определение групп преступлений, образованных в результате научно--обоснованного процесса классификации.

- уголовно-правовой анализ составов преступлений, направленных про­тив порядка управления, с точки зрения их конструкции и содержания;

- определение непоследовательности и пробелов в правовом регулирова­нии, а также выявление проблемных ситуаций и внесение в правотворчес-кие органы предложений по совершенствованию уголовно-правовых норм;

- изучение практики применения уголовно-правовых норм о преступ­ных посягательствах против порядка управления, выявление проблемных ситуаций и внесение предложений в правоприменительные органы, на­правленных на совершенствование практики реализации соответствующих нормативных установлений и запретов;

- разработка научно-практических рекомендаций по квалификации не­которых преступлений против порядка управления, в том числе с решени­ем вопросов, связанных с разграничением смежных составов;

- проведение сравнительного анализа и оценка норм о преступлениях против порядка управления действующего УК с подобными нормами, имевшимися у нас ранее и существующими в современном зарубежном законодательстве;

- изучение состояния, динамики, структуры рассматриваемого вида пре­ступности, определяемого данными преступлениями, выявление факторов, влияющих на ее показатели.

Методологическая основа и методика исследования. Методологичес­кую основу диссертационного исследования образуют современные по­ложения теории познания явлений, а также совокупность идей, представ­лений, ориентированных на решение поставленных нами задач.

При подготовке диссертации применялись социологический, статисти­ческий, формально-логический, сравнительно-правовой методы, эксперт­ный опрос, метод правового моделирования, сопоставительный анализ, анкетирование и интервьюирование.

Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, действующее уголовное, уголовно-процессуальное, админис­тративное и гражданское законодательство России, подзаконные норма­тивные акты, руководящие разъяснения пленумов Верховных Судов СССР,

РСФСР и Российской Федерации, отечественное уголовное законодатель­ство предшествующих исторических периодов, а также современное уго­ловное законодательство некоторых зарубежных стран (Германии, Голлан­дии, Дании, Испании, Йемен, КНР, Польши, Франции, Швейцарии, Шве­ции) и стран СНГ и Балтии (Азербайджана, Беларуси, Казахстана, Кыр­гызстана, Таджикистана, Узбекистана, Украины, Латвии, Эстонии), вклю­чая Модельный Уголовный кодекс для государств - участников Содруже­ства Независимых Государств.

Теоретической основой исследовании явились научные труды в обла­сти общей теории права, теории уголовного права и криминологии, а так­же философии, административного и гражданского права, относящиеся к проблемам диссертации.

Эмпирическая база диссертационного исследования представлена: статистическими данными о состоянии и динамике преступности, связан­ной с совершением преступлений против порядка управления, в Российс­кой Федерации и Ставропольском крае за 1997 - 2001 гг.; материалами 150 уголовных дел о преступлениях соответствующего вида, рассмотрен­ных судами первой и второй инстанции, 197 предварительных проверок, в том числе завершившихся отказами в возбуждения уголовного дела, 90 прекращенных дел данной категории, 81 административного правонару­шения, а также материалами Коллегии по уголовным делам Ставропольс­кого краевого суда и Верховного Суда РФ о посягательствах на жизнь со­трудников правоохранительных органов за последние 10 лет; результата­ми проведенного анкетного опроса более 250 практических работников органов внутренних дел, прокуратуры и суда, а также 200 граждан.

Научим новизна работы заключается: в выборе темы диссертацион­ного исследования, дающей возможности для изучения проблем на уров­не целого уголовно-правового комплекса - института преступлений про­тив порядка управления; в систематизации признаков посягательств, на­правленных против порядка управления; в установлении оснований диф­ференциации уголовной ответственности и индивидуализации наказания за виновно совершенные, противоправные, общественно опасные деяния против порядка управления. Новизна исследования заключается также в том, что оно представляет собой первое в отечественной уголовно-право-вой науке исследование института преступлений против порядка управле­ния, выполненное на основе нового УК РФ.

Новизна работы определяется и полученными результатами, сформули­рованными далее как положения, выносимые на защиту.

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ:

1. Преступление против порядка управления - есть виновно совершен­ное противоправное и наказуемое общественно опасное деяние, направ­ленное на общественные отношения, обеспечивающие законно установ­ленный и регламентированный государством порядок в сфере осуществ­ления управления.

2. Основанием классификации преступлений против порядка управле­ния служит такое специфическое явление, как групповой объект, в соот­ветствии с которым выделяется три группы преступных посягательств: 1) посягательства на субъектов управленческой деятельности; 2) посягатель­ства на предметы управленческой деятельности; 3) посягательства на со­держание управленческой деятельности.

3. Унификация уголовного законодательства стран СНГ и Балтии в рам­ках единого правового пространства - есть объективный процесс на пути к сближению правовых систем, обеспечению охраны основных прав и сво­бод граждан, безопасности этих государств: Уголовные кодексы стран СНГ и Балтии имеют общие черты, подобны друг другу в структурном отноше­нии, имеют сходство и по другим параметрам, .в частности, по содержа­нию института преступлений против порядка управления.

4. Непосредственный объект посягательства на жизнь сотрудника пра­воохранительного органа имеет особенное двуединое содержание.

5. Необходимо установление уголовной ответственности за угрозу убий­ством в отношении представителя власти в ч. 1 ст. 318 УК РФ, а также за применение насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении пред­ставителя власти или близких ему лиц, повлекшее по неосторожности смерть в ч.З ст. 318 УК РФ; за уничтожение или повреждение погранично­го знака путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом, по­влекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие послед­ствия в ч.З ст. 323 УК РФ.

6. Следует создать возможность судам назначать некоторой категории лиц, уклоняющихся от призыва на военную службу, такой вид наказания, как лишение воинского звания.

7. С учетом общих положений теории уголовного права санкция ч.1 ст. 330 УК РФ («Самоуправство») должна быть дополнена еще одним видом наказания, а именно, лишением свободы на срок до двух лет.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключа­ется в следующем:

- определены допустимые критерии классификации рассматриваемых преступлений и образуемые при этом группы, и выбран один из вариантов классификации, что способствует восполнению пробелов в теоретичес­ком осмыслении вопросов в данной сфере уголовного права;

- внесен ряд научно-обоснованных предложений в адрес законодателя по совершенствованию уголовно-правовых норм;

- разработанные научно-практические рекомендации по квалификации преступлений против порядка управления направлены в адрес правоох­ранительных органов для совершенствования их правоприменительной практики;

- изложенные в диссертации выводы и предложения, выносимые на за­щиту, могут быть использованы в преподавании общего курса «Российс­кое уголовное право» и специального курса, касающегося специфической области уголовно-правовой науки - преступлений против порядка управ­ления, в юридических высших и средних специальных учебных заведени­ях, в системе повышения квалификации практических работников.

Апробация результатов исследования и внедрение их в практику.

Значительная часть положений диссертационного исследования внедрена в учебный процесс Ставропольского государственного университета и используется при проведении различных по организационным формам занятий по курсу «Уголовное право России» и спецкурсу «Преступления против порядка управления».

Результаты исследования в виде рекомендаций по вопросам квалифика­ции преступлений против порядка управления внедрены в практику судов Ставропольского края и подразделений Прокуратуры Ставропольского края.

Основные выводы исследования нашли отражение в научных публика­циях и представлены автором диссертации в выступлениях на научно-прак­тических конференциях, проводимых Ставропольским государственным университетом и другими ВУЗамм региона.

Структур* работы определяется ее целью, задачами и состоит из вве­дения, двух глав, заключения, библиографии и приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во ^a«ym™ обосновывается актуальность темы, формулируются объект и предмет, цель и задачи исследования, раскрываются методология и ме­тодика исследования, научная нощзна диссертации, ее практическая зна­чимость; содержатся сведения об апробации результатов исследования.

Глава 1 «Общая характеристика преступлений против порядка управле­ния» содержит два параграфа. В параграфе 1 «Понятие и классификация преступлений против порядка управления на современном этапе развития уголовно-правовой науки» автор определяет понятие преступлений про­тив порядка управления и их классификацию.

Нормы главы 32 Уголовного кодекса РФ 1996 года устанавливают ответ­ственность за деяния, признаваемые преступлениями против порядка уп­равления. Однако, назвав, какие деяния являются преступлениями против порядка управления, действующий Уголовный кодекс РФ, тем не менее, не раскрывает понятия их. Аналогичную ситуацию с определением поня­тия преступлений против порядка управления можно наблюдать и в уго­ловно-правовой литературе. «Дефицит» такого определения вызывает, на взгляд автора, весьма значительные трудности в выяснении сущности, сте­пени общественной опасности данной категории преступных деяний и их отграничении от смежных составов.

В связи с этим возникает необходимость установить и раскрыть содер­жание наиболее существенных признаков, присущих таким преступлени­ям. Следует подчеркнуть, что при раскрытии содержания этого понятия в науке не сложилось единой точки зрения.

Уголовный закон ставит под охрану порядок управления, под которым вообще понимается «правильное, налаженное состояние, расположение чего-либо; правила, по которым совершается что-либо»¹. Отсюда под по­рядком управления в уголовно-правовом смысле, по мнению отдельных ученных, понимается «совокупность правил, закрепляющих и регулирую­щих устройство и компетенцию органов власти и управления и обществен­ных организаций, а также их отношения с гражданами»¹. Однако полагает автор, такая формулировка отнюдь не свидетельствует о том, что объек­том охраны являются названные в законе правила, а не общественные от­ношения, регулируемые этими правилами.

Указанными общественными отношениями являются складывающи­еся в сфере управления между органами управления, с одной сторо­ны, и гражданами с другой по поводу осуществления первыми адми­нистративных, распорядительных функций и требующие подчинен­ности и управленческой дисциплины вторых. Для охраны именно этих отношений созданы нормы главы УК о преступлениях против поряд­ка управления. Именно эти отношения являются основополагающи-

1 Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1986. С. 543.

2 Уголовное право. Часть Особенная. М., 1968. С. 433.

10

ми в определении места этих норм в системе Особенной части Уго­ловного кодекса.

Далее автор анализирует позиции различных авторов, их взгляд на по­рядок управления. Приводятся точки зрения В.Д Меньшагина, Г.Ф. Поле­нова, Л.Д. Рукавицына, П.В. Замосковцева, Н.Г. Иванова, Особого внима­ния диссертанта заслужило мнение С.В. Максимова.

В одном из современных базовых учебников по уголовному праву С-В. Максимов специально выделяет: «(преступления против порядка управле­ния - это общественно опасные деяния, посягающие на официальный по­рядок функционирования государственных и местных властных институ­тов (органов, учреждений и символов), а также удостоверения и реализа­ции юридически значимых прав и обязанностей физических лиц, ответ­ственность за которые предусмотрена ст. 317-330...»³.

Данное определение представляется диссертанту, хотя и сформулирован­ным логически верно, но в то же время, слишком простым и уязвимым.

Как считает автор, признаки, описанные в вышеприведенном определе­нии, не могут отразить действительного содержания понятия преступле­ний против порядка управления.

Диссертант полагает, что исследуемые существенные признаки, кото­рые в своей совокупности составляют понятие преступлений против по­рядка управления лежат в плоскости объекта преступлений. По сути, по­рядок управления в уголовно-правовом смысле представляет собой некие общественные отношения, называемые традиционно объектом, на кото­рые направлено преступление. Отсюда продолжение исследования очер­ченной проблемы требует логического перехода к рассмотрению вопро­сов, связанных с объектом преступлений против порядка управления.

Характеристика преступлений против порядка управления начинается с различных определений родового объекта. Однако в современных усло­виях структура Уголовного кодекса РФ обрела более сложную «картину», поскольку главы включаются в объединяющие их разделы. Отсюда, прин­ципиальное значение приобретает вопрос о видовом объекте преступле­ний против порядка управления, поскольку он непосредственно связан с установлением сущности, специфики этой разновидности преступлений.

Диссертант анализирует различные мнения по вопросу о видовом объек­те исследуемых преступлений и в итоге приводит свою позицию. Видовой объект преступлений против порядка управления - это совокупность обще-

3 Уголовное право. Часть Общая. Часть Особенная / Под общ. ред. проф. ЛД Гаухмаиа, проф. Л.М. Колодкина и проф. СВ. Максимова. М., 1999. С. 721.

11

ственных отношений, обеспечивающая законно установленный и регламен­тированный государством порядок в сфере осуществления управления.

После этого автор решает ранее поставленную задачу. Соединяя воеди­но все признаки, присущие преступлению вообще, и признаки видового объекта можно сказать, что преступлением против порядка управления должно признаваться виновно совершенное противоправное и наказуемое общественно опасное деяние, направленное на общественные отношения, обеспечивающие законно установленный и регламентированный государ­ством порядок в сфере осуществления управления.

Далее приводится криминологическое описание преступлений против порядка управления. Называя преступления, и показывая, какое количе­ство лиц было осуждено по ст. 317-330 УК РФ в Ставропольском крае за период с 1997 по 2001 годы, какие меры наказания применяются к осуж­денным, автор говорит об особенностях и закономерностях преступнос­ти в этом регионе России. Необходимо сказать, что ежегодно осужден­ные за преступления против порядка управления составляют 79 % от общего числа осужденных за преступления против государственной вла­сти (раздел X УК РФ).

Учитывая большое количество (15) преступлений, входящих в главу 32 УК РФ, необходима научно-обоснованная классификация. В современной уголовно-правовой литературе выделяются такие критерии для классифи­кации преступлений против порядка управления как непосредственный объект, групповой объект и видовой объект. Автор приходит к выводу, что конструктивное значение непосредственного объекта ограничивается рам­ками статьи УК, а потому критерием для процесса классификации анали­зируемых преступлений выступает групповой объект. В результате обра­зовывается три группы посягательств на порядок управления: 1) на субъек­тов управленческой деятельности (ст. 317-321 УК РФ); 2) на предметы управленческой деятельности (ст. 323,324-327', 329 УК РФ); 3) на содер­жание управленческой деятельности (ст. 322, 328,330 УК РФ).

Действительно, среди преступлений, описанных в главе 32 УК РФ, есть посягающие не только на порядок управления как таковой, но и на жизнь, здоровье, честь и достоинство лиц, обеспечивающих нормальную деятель­ность государственных органов и местного самоуправления (порядок уп­равления). Эту группу норм, направленных на охрану и защиту сходных по своему характеру и содержанию общественных отношений можно на­звать институтом уголовно-правовой охраны субъектов управленческой деятельности.

12

К следующей группе преступлений относятся посягательства на пред­меты управленческой деятельности, то есть на материализированные пред­меты, указанные в Законе (документы, штампы, печати, бланки, государ­ственные награды, флаг и герб, а также пограничный знак).

И, наконец, последняя группа преступлений это посягательства на со­держание управленческой деятельности, нарушающие процессуальный порядок в определенной сфере управления.

В параграфе 2 «Сравнительно-правовая характеристика преступлений против порядка управления по уголовному законодательству некоторых зарубежных стран» преступления против порядка управления исследуют­ся в контексте сравнительного правоведения. Диссертант анализирует осо­бенности правового регулирования борьбы с преступлениями против по­рядка управления в Голландии, Дании, Испании, Йемен, КНР, Польши, Франции, Швейцарии, Швеции, а также в странах СНГ и Балтии (Азер­байджане, Беларуси, Казахстане, Кыргызстане, Латвии, Таджикистане, Узбекистане, Украине, Эстонии).

Автором установлено, что не все преступные деяния, которые в УК РФ именуются преступлениями против порядка управления, имеют место в уголовном законодательстве других стран. Однако почти во всех Кодексах зарубежных стран называются такие преступления как подделка докумен­тов, применение насилия в отношении представителя власти, надругатель­ство над государственным гербом и государственным флагом, уклонение от прохождения военной и альтернативной гражданской службы.

Отсутствие в УК Азербайджана, Латвии, Казахстана, Узбекистана и Эс­тонии специальной нормы, устанавливающей уголовную ответственность за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, ав­тор оценивает как существенный пробел в уголовном законодательстве.

Квалифицирующие признаки, установленные в некоторых статьях УК этих стран могли бы быть заимствованы российским уголовным законо­дательством. Однако такие установления должны иметь соответствующее криминологическое обоснование.

Диссертант обнаруживает, что УК Российской Федерации имеет похо­жую структуру и содержание с УК стран СНГ и Балтии. Об этом говорит н то, что большинство из исследуемых УК создавались на основе рекомен­дательного законодательного акта - Модельного Уголовного кодекса для государств - участников Содружества Независимых Государств. Автор приходит к выводу, что главы о преступлениях против порядка управле­ния имеют похожее содержание, некоторые статьи аналогичны статьям

13

главы 32 УК РФ. В связи изложенными соображениями, диссертант при­ходит к выводу о том, что было бы целесообразно унифицировать уголов­ное законодательство в рамках единого правового пространства стран СНГ и Балтии, учитывая их исторические связи, традиции. Это, в известной мере, должно способствовать обеспечению охраны человека, общества и безопасности этих государств.

Глава 2 «Уголовно-правовой анализ преступлений против порядка управ­ления и вопросы их квалификации» содержит три параграфа, в каждом из которых исследуются объективные и субъективные признаки преступлений против порядка управления и вопросы их квалификации. В параграфе 1 «Уголовно-правовой анализ и вопросы квалификации посягательств на субъектов управленческой деятельности» раскрываются признаки составов преступлений, посягающих на субъектов управленческой деятельности.

:    Особое внимание уделяется вопросу о непосредственном объекте пося­гательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ). Некоторые ученые считают, что это преступление имеет основной и дополнительный непосредственный объект. Однако сразу же расходятся во мнениях относительно, того признавать в качестве основного деятель­ность сотрудника (военнослужащего) или его жизнь. Автор считает, что непосредственный объект этого преступления имеет сложное двуединое содержание. Виновный, посягая на сотрудника (военнослужащего), осоз-

^: нает, что жизнь является необходимой предпосылкой его полноценной деятельности и поступает именно таким образом, дабы воспрепятствовать этой деятельности. Общественное отношение, обеспечивающее законную

¹ деятельность сотрудника правоохранительного органа и общественное отношение, обеспечивающее его жизнь, являются составными, неотъем­лемыми частями одного непосредственного объекта преступления, ука-

• занного в ст. 317 УК РФ.

Следующим вопросом является содержание термина «посягательство». Автором приводятся различные мнения, касающиеся толкования этой уго-ловно-правовой категории. В настоящее время суды руководствуются ука­заниями Пленума Верховного Суда РСФСР (СССР), который неоднократ-

< но разъяснял в постановлениях, что под посягательством на жизнь следу­ет понимать убийство или покушение на убийство сотрудника правоохра-

• нительного органа.

•    Однако на практике бывают случаи, когда в результате действий винов­ного с косвенным умыслом не наступает смерть потерпевшего, то есть не ' подходит ни убийство, которое предполагает наступление смерти, ни по-

14

кушение на убийство, предполагающее прямой умысел. Это создает труд­ности при квалификации таких деяний, и противоречивую практику либо по ст. 317 УК РФ, либо по ст. 318 УК РФ. Диссертант поддерживает вари­ант квалификации такого деяния как посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа. Однако для решения этого спорного вопро­са необходимо создать определенные возможности для квалификации де­яния по ст. 317 УК РФ.

Автор полагает, что для разрешения этой проблемы требуется разъясне­ние Высшего судебного органа России - Верховного Суда. В связи с чем, предлагается дополнить пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ в редакции от 21 декабря 1993 г. № 11 «О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников и военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка». Исходя из этого, редак­ция этого пункта будет следующая:

«9. Под посягательством на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка или обеспечению общественной безопас­ности понимается убийство либо покушение на убийство, либо создание ситуации, угрожающей для жизни этих лиц. Судам следует... обосновы­вать в приговоре установленный по делу характер вины, учитывая при этом, что убийство указанных лиц совершается как с прямым, так и с косвенным умыслом, покушение на их убийство - лишь с прямым умыс­лом, а создание ситуации, угрожающей для жизни этих лиц - лишь с косвенным умыслом».

Проблему квалификации по ст. 318 УК РФ за применение насилия в от­ношении представителя власти диссертант видит в отсутствии в конструк­ции статьи угрозы убийством в отношении указанного лица. В таких слу­чаях следует квалификация по ст. 119 УК РФ «Угроза убийством и причи­нением тяжкого вреда здоровью» как за преступление против личности. Но это, по мнению автора, не соответствует духу закона и уничтожает цен­ность направленности умысла на причинение вреда объекту, характеризу­ющую субъективную сторону преступления.

Таким образом, автор предлагает установить в ч. 1 ст. 318 УК РФ уголов­ную ответственность за угрозу убийством в отношении представителя вла­сти или его близких.

Кроме этого, предлагается дополнить ст. 318 УК РФ частью третьей и установить в ней уголовную ответственность и за применение насилия,

15

опасного для жизни и здоровья, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Автор считает, что необходимо внести дополнения в ст. 318 УК РФ и предлагает следующую ее редакцию:

«Статья 318. Угроза или применение насилия в отношении представите­ля власти.

1. Применение насилия не опасного для жизни или здоровья, либо угро­за убийством или применения насилия в отношении представителя власти или его близких в связи с осуществлением им своих должностных обязан­ностей,-

наказывается...

3. Совершение действий, указанных в части второй настоящей статьи, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего -

наказывается...».

Далее в работе исследуются некоторые теоретические и практические проблемы уголовной ответственности за оскорбление представителя влас­ти (ст. 319 УК РФ), разглашение сведений о мерах безопасности, применяе­мых в отношении должностного лица правоохранительного или контроли­рующего органа (ст. 320 УК РФ), дезорганизацию нормальной деятельнос­ти учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества (ст. 321 УК РФ).

Автор исключает возможность признания субъектом преступления по ст. 320 УК РФ самого лица, в отношении которого применены меры безо­пасности, поскольку обязательным признаком субъективной стороны это­го преступления является специальная цель - воспрепятствование закон­ной деятельности лица. А поэтому непонятно, как можно воспрепятство­вать собственной деятельности.

Некоторые предложения диссертанта касаются дезорганизации нормаль­ной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Дело в том, что сейчас в санкции ч. 1 ст. 321 УК РФ нижний предел разме­ра наказания в виде лишения свободы составляет шесть месяцев, а в сан­кции ч.2 этой статьи составляет два года лишения свободы. Это дает осно­вание полагать, что ответственность за совершение преступных действий в отношении сотрудника строже, чем за такие же действия в отношении осужденного, что в свою очередь может стать поводом для разговоров о нарушении принципа равенства граждан, о дискриминации. Автор пред­лагает объединить ч. 1 и ч.2 ст. 321 УК РФ.

Кроме этого, диссертант считает неправильно сформулированной дис­позицию ч.З ст. 321 УК РФ, поскольку если раскрыть ее смысл, получится «применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, совершенное с

16

применением насилия». Таким образом, имеется необходимость изменить редакцию ч.З ст. 321 УК РФ, которая, учитывая объединение ч.1 и ч.2 ст. 321 УК РФ, должна будет преобразоваться в ч.2 ст. 321 УК РФ.

В связи с вышеизложенным предлагается следующая редакция ст. 321 УКРФ:

«Статья 321. Дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.

1. Применение насилия, не опасного для жизни и здоровья либо угроза убийством или применения насилия в отношении сотрудника места лише­ния свободы или места содержания под стражей в связи с осуществлени­ем им служебной деятельности либо его близких, а равно в отношении осужденного с целью воспрепятствовать исправлению осужденного или из мести за оказанное им содействие администрации учреждения или орга­на уголовно-исполнительной системы -

наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.

2. Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, совер­шенные организованной группой либо применение насилия, опасного для жизни и здоровья в отношении лиц и по тем же основаниям, указанным в части первой настоящей статьи, -

наказываются...».

В параграфе 2 «Уголовно-правовой анализ и вопросы квалификации посягательств на предметы управленческой деятельности» исследуют­ся преступления, которые фактически посягают на предметы управлен­ческой деятельности.

Диссертант критически относится к поддерживаемой большинством ученых позиции о квалификации следующих действий по совокупнос­ти преступлений (ч.2 ст. 167 УК РФ и ст. 323 УК РФ): уничтожение или повреждение пограничного знака совершенное путем поджога, взры­ва, или иным общеопасным способом, повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия. Автор считает, что при таком варианте квалификации не учитывается объект состава преступ­ления, поскольку умыслом виновного охватывается уничтожение или повреждение пограничного знака - предмета, имеющего ценность по­казателя обозначения государственной границы на местности, а не как предмета, имеющего имущественную ценность, оцениваемого в каком-либо стоимостном эквиваленте. Таким образом, диссертант приходит к выводу о криминализации уничтожения или повреждения погранично­го знака, совершенного путем поджога взрыва или иным общеопасным

17

способом, повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Предлагается дополнить ст. 323 УК РФ частью третьей следующего со­держания:

«3. Уничтожение или повреждение пограничного знака в тех же целях путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, -

наказываются лишением свободы на срок до пяти лет».

Еще одним преступлением, входящим в группу посягательств на пред­меты управленческой деятельности является надругательство над Госу­дарственным гербом РФ и Государственным флагом РФ (ст. 329 УК РФ). В соответствии с законодательством РФ не только Государственный герб РФ и Государственный флаг РФ, но и Государственный гимн РФ являются официальными символами государства. Автор, ссылаясь на опыт зарубеж­ного законодательства, предлагает установить уголовную ответственность за надругательство над Государственным гимном РФ. В связи с этим пред­лагается следующая редакция ст. 329 УК РФ:

«Статья 329. Надругательство над Государственным гербом Российской Федерации, Государственным гимном Российской Федерации или Госу­дарственным флагом Российской Федерации.

Надругательство над Государственным гербом Российской Федерации, Государственным гимном Российской Федерации или Государственным флагом Российской Федерации -

наказывается...».

В параграфе 3 «Уголовно-правовой анализ и вопросы квалификации посягательств на содержание управленческой деятельности» исследуются преступления, которые фактически посягают на порядок осуществления прав и обязанностей.

Одним из посягательств на содержание управленческой деятельности яв­ляется незаконное пересечение Государственной границы РФ (ст. 322 УК РФ). Проанализировав признаки этого преступления, автор приходит к вы­воду, что необходимо установить уголовную ответственность за пересече­ние границы в неустановленном месте либо минуя пограничный контроль. Однако автор критически относится к высказанному в литературе мнению об установлении такого признака в числе квалифицирующих (В.И. Земцов). Диссертант считает, что это должен быть признак основного состава пре­ступления (ч.1 ст. 322 УК РФ), а не квалифицированного (ч.2 ст. 322 УК РФ). Исходя из этого, предлагается следующая редакция ч. 1 ст. 322 УК РФ:

18

«Статья 322. Незаконное пересечение Государственной границы Россий­ской Федерации

1. Пересечение охраняемой Государственной границы Российской Федера­ции без установленных документов и надлежащего разрешения либо в неус­тановленном месте либо минуя пограничный контроль -

наказывается...».

В этой части работы также исследуются вопросы уклонения от прохож­дения военной и альтернативной гражданской службы (ст. 328 УК РФ). Автор соглашается с высказанной в литературе точкой зрения об установ­лении в качестве вида наказания обязательных работ. Однако при этом необходимо суду внимательно, рассмотрев личность осужденного, опре­делить насколько тот или иной выбранный судом вид наказания поспособ­ствует целям исправления осужденного. Индивидуализация наказания в данном случае должна выражаться в тщательной оценке судом морально­го облика осужденного и особенностей его личности, вследствие которых, например, лишение свободы с применением ст. 73 УК РФ («Условное осуж­дение»), не позволит определенной категории граждан в полной мере по­чувствовать ответственность за содеянное. Например, здесь может идти речь о гражданах, вышедших из криминальной среды. Как показывает практика, зачастую условно осужденные граждане на вопрос о наличии у них судимости отвечают отрицательно, так как понятие судимости для них ассоциируется реально только с фактическим тюремным заключением.

Субъектом этого преступления могут быть граждане, зачисленные в запас и, которым приказом Министра обороны присвоено звание офицера. В свя­зи с этим, было бы целесообразно предоставить право суду вместе с основ­ным видом наказания назначать и дополнительное - лишение воинского звания. Тогда бывшие офицеры запаса призывались бы на военную службу в качестве призывников на должности рядового состава. Дня этого необхо­димо дополнить ст. 48 УК РФ частью второй следующего содержания:

«2. Данное наказание может применяться за совершение преступлений иных категорий, но при наличии порочащих звание, чин или награду об­стоятельств».

Соответственно необходимо внести изменения в п. 1 ст. 48 Федерально­го Закона «О воинской обязанности и военной службе», изложив его в сле­дующей редакции:

«1. Военнослужащий, а также гражданин, пребывающий в запасе или находящийся в отставке, могут быть лишены воинского звания только по приговору суда. Гражданин, осужденный за уклонение от призыва на во-

19

енную службу и лишенный воинского звания по решению суда, передает­ся на учет граждан, не пребывающих в запасе».

При анализе самоуправства (ст. 330 УК РФ) автор выявил некоторое несо­ответствие. Он замечает, что применение в диспозиции ч. 1 ст. 330 УК РФ формулировки «совершение действий, правомерность которых оспаривает­ся» несколько сужает смысл самоуправства. Анализ уголовных дел позволя­ет сделать вывод о том, что на самом деле оспаривается не совершение ка­ких-либо действий, а право на что-либо или какая-то вещь. Поэтому предла­гается вышеуказанную формулировку заменить словосочетанием «осуще­ствление действительного или предполагаемого права, оспариваемого».

Кроме того, по мнению автора, в случае причинения при самоуправстве вреда здоровью средней тяжести, виновный может понести по ч.2 ст. 330 УК РФ более строгое наказание (до 5 лет лишения свободы), чем в случае, если такие действия квалифицировались бы по совокупности преступле­ний, предусмотренных ст. 112 УК РФ и ст. 330 УК РФ (не более 3,5 лет лишения свободы). Поэтому диссертант предлагает установить в санкции ч.1 ст. 330 УК РФ еще один вид наказания - лишение свободы на срок до двух лет. По мнению автора, такое установление соответствует обществен­ной опасности самоуправства, оставляет самоуправство в категории пре­ступлений небольшой тяжести и позволяет снять все вопросы относитель­но верхнего предела санкции ч.2 ст. 330 УК РФ.

Все сказанное позволяет диссертанту предложить следующую редакцию ч.1ст.ЗЗОУКРФ:

«1. Самоуправство, то есть вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку, осуществление действительного или предполагаемого права, оспариваемого гражданином или организа­цией, причинившее существенный вред, -

наказывается ...либо лишением свободы на срок до двух лет».

4.2 ст. 330 УК РФ оставить без изменений.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются выво­ды и рекомендации автора.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Саруханян А.Р. Социально-правовые аспекты определения объекта преступлений, посягающих на жизнь, здоровье, честь и достоинство субъектов управленческой деятельности // Актуальные проблемы разви­тия социальных и экономических процессов и их правовое регулирование на современном этапе. Ставрополь: Сф МГЭИ, 2001. (0,2 п.л.).

20

2. Саруханян А.Р. Проблемы понимания преступлений против порядка управления на современном этапе развития уголовно-правовой науки // Российское законодательство: история и современность. Ставрополь: СГУ, 2001. (0,4 п.л.).

3. Саруханян А.Р. Некоторые проблемы отграничения квалифицирован­ного убийства от посягательства на жизнь сотрудника правоохранитель­ного органа // Проблемы особо тяжких преступлений против личности. Ставрополь: Ставропольский университет им. В.Д. Чурсина, 2002. (0,5 п.л.).

4. Саруханян А.Р. Проблемы определения субъекта преступления, пре­дусмотренного ст. 320 УК РФ // Университетская наука - региону. Ставро­поль: СГУ, 2002. (0,15 п.л.).

21